Зимняя спячка. Нури Бильге Джейлан.

Рецензия Владимира Матинова
26.02.2018
Фильм "Зимняя спячка" (Kış Uykusu, 2014) турецкого режиссёра Нури Бильге Джейлана удостоился главного приза в Каннах. Фильм снят по мотивам рассказа А. П. Чехова, который вот уже более сотни лет входит в своеобразный пул авторов, обеспечивающих сюжетами мировой театр и кинематограф. 
На каппадокийскую деревушку падает снег. Так с самого начала, с места действия фильм отсылает нас к важному элементу мировой культуры: каппадокийским отцам-пустынникам, проживавшим в этих краях на заре христианской эры, таким как Василий Великий, Григорий Нисский и Григорий Богослов. Эти отцы оказали решающее влияние на Восточную Церковь, таким образом отчасти предопределив культурную атмосферу, из которой вышел сам Чехов. Так Нури Бильге Джейлана замыкает круг: мир возвращается у него к своему началу, вполне в духе Хайдеггера и древних греков. А что в начале?
Главный герой, неудавшийся бывший актер, оказывается в этой снежной пустыне, будучи хозяином мелкой гостиницы, в окружении нелюбимой (и нелюбящей) молодой жены и разведённой сестры. На протяжении следующих более чем трёх часов на экране разворачивается — крайне медленно, непривычно для современного зрителя — величественное полотно, содержащее в себе невероятно много. Тут и попытки того самого возврата к Началу, попытки переиграть, переосмыслить то, что, очевидно, зашло в тупик по мнению режиссера (и Чехова, видимо, тоже). Тут и большое количество разной степени прозрачности аллюзий на различные тексты мировой культуры от Библии до Модерна. При этом, формально в фильме очень мало чего происходит. Так же мало, как в другом снежном шедевре мировой культуры, "Волшебной горе" Томаса Манна, с которым у творения Нури Бильге Джейлана есть очевидные параллели. 
Нельзя обойти без внимания техническую составляющую этого бесспорного шедевра (мало какой фильм за последние годы был столь очевидно аутентичен великой каннской награде). Фильм бесподобно красив (возникают стойкие ассоциации с другим лауреатом Канн, "Леопардом" Лукино Висконти), оператор Гёкхан Тирьяки буквально творит чудеса. Поражает работа актеров (отдельного упоминания заслуживает прекрасная Мелиса Сёзен). 
И всё же, несмотря на все восторженные эпитеты, "Зимняя спячка" вряд ли займет место на пантеоне рядом с шедеврами 1950-70-х годов. И это отдельная причина для горечи: время большого кино, кажется, безвозвратно ушло. 
Фильм Нури Бильге Джейлана представляет собой классический "большой нарратив", одиноким айсбергом курсирующий по информационному океану, полному мемов и сериалов. В этом трагедия большого художника: сегодня, когда вокруг столько информационных соблазнов, всё невозможнее донести свой пафос до широкого зрителя. Очень надеюсь, что я ошибаюсь, и фильмы, подобные "Зимней спячке" будут востребованы в XXI веке не только узкой группой искусствоведов и киноманов.